Одним из главных героев сегодняшней, 13 августа, плавательной эстафеты 4х200 м вольным стилем, в которой сборная России сенсационно завоевала серебряные медали с рекордом Европы, стал 20-летний Александр Сухоруков, плывший на последнем этапе. Он стартовал только на четвертом месте и показал на своем отрезке совершенно фантастическое (особенно для наших соотечественников) время - 1.44,65. Специальные корреспонденты Агентства спортивной информации "Весь спорт" выспросили все подробности у самого героя.
- Саша, как вам удалось показать такое время, учитывая, что впереди вас плыл американец, неизбежно создавая помехи в виде волн?
- Просто сил у меня было вполне достаточно, чтобы на эти волны не обращать внимания. На самом деле, я готовился к гораздо худшему. А так все прошло практически по плану.
- А план был - не мировой рекорд?
- Ну, мировой - это вы, пожалуй, немного загнули (смеется). Я даже не подозревал, что мы и рекорд Европы побьем. Мы-то в предвариловке проплыли, казалось, максимально, а тут еще четыре секунды сбросили... Нет слов.
- Честно скажите, перед началом эстафеты думали о медали?
- Раз попросили честно, то скажу: не думали. Очень сложно было об этом думать, разве что в глубине души. Ведь в отборочных заплывах основные команды плыли полурезервными составами. Мечтал, но ни особо надеялся. Для этого нужно было очень серьезно прибавлять, но я не знал, сможем ли.
- Откуда эти резервы?
- Бог знает. Мне до сих пор не верится, что мы с парнями наделали. При этом я лишь доделал то дело, что зарядили они.
- В плавании есть такой феномен - эстафетчики, люди, которые в эстафетах показывают гораздо более высокие результаты, чем в личных заплывах. Вы не из таких?
- Я люблю плавать все! Но на эстафеты действительно настраиваюсь по-особому. Считаю, что за команду я просто обязан сделать больше. Просто обязан. В личных заплывах всякое может быть: перегорел, надломился, травмировался. В эстафете все эти причины исключены. Без вариантов. Это совсем другое переживание. Когда стоишь на тумбочке, и тебя просто разрывает. Эмоции переполняют, руки удержать на одном месте просто невозможно. Когда выступаешь за себя, все гораздо спокойней.
- В этом, видимо, и заключается объяснение того, что в эстафетах люди показывают результаты на порядок выше своих обычных?
- Да. Только за счет эмоций и драйва.
- Вы сказали, у вас было два тактических варианта - в зависимости от того, как складывался бы заплыв.
- Первый из них - уйти где-то пятым, попробовать догнать и разбираться на финише. А тут так получилось, что я нырнул уже практически в призах - в одной десятой секунды до третьего места. Оставался второй вариант - сильно не суетиться, ровно делать свою работу.
- Перед стартом вы отрабатывали эстафету?
- Отрабатывали, естественно, только переходы. Потому что, кто на каком этапе поплывет, нам сказали только утром. Специального тренера, ответственного за эстафету, в команде нет. Да и, наверное, это излишне.
- Почему вас выставили именно на последний этап?
- Ну, традиционно на финиш ставят сильнейших спортсменов. К тому же я люблю бороться на последнем этапе. Мне очень нравится, когда все на адреналине. В этом году получил хорошую практику - серебро на чемпионате Европы в Эйндховене, мировой рекорд на короткой воде на чемпионате мира в Манчестере. И поэтому я был абсолютно уверен, что смогу работать со всей элитой на равных. Мандража не было - только хорошая такая спортивная злость.
- Американцев впереди вообще видели?
- Видел, но очень далеко.
- В чем, на ваш взгляд, феномен Майкла Фелпса?
- Мне кажется, они опережают нас в каких-то технологиях, методике. Скорее всего, это фармакология. Я уверен, что мы тренировались не меньше Фелпса, на сто процентов. Мы были и в горах, и что только не вытворяли в бассейне, но когда человек на ровном месте привозит тебе корпус... Как видите, сейчас он выше всех на голову.
- Перед стартом не приходил на ум пример нашей провальной эстафеты 4х100 м, которая даже не сумела попасть в финал?
- В той эстафете я был запасным, выступить так и не довелось. Приходил, конечно, куда деться. И опасения, что вдруг повторим их путь, были, еще какие! Теперь, думаю, уже наша четверка в комбинированной эстафете будет смотреть на нас и думать: вот бы выступить не хуже! (смеется)
- А что не получилось на личных 200 м три дня назад?
- Не смог раскрутить вторую половину дистанции. Вынырнул, увидел, что хорошо иду и подумал, что можно чуть-чуть и схалявить на финише. Не тут-то было.
- Вы, насколько мы знаем, сами родом из Ухты, правильно?
- Да, но последние полгода тренируюсь и живу в Центре олимпийской подготовки в Санкт-Петербурге. В этом смысле можно только поблагодарить всех тренеров, которые когда-то увидели во мне не просто мальчика из провинции, а человека, способного на что-то большее.
- Сложно было адаптироваться к большому городу?
- Есть свои плюсы и свои минусы. В большом городе больше соблазнов - и девушки, и кино, и рестораны. А в провинции ты просто "тупо" ходишь в школу, потом тренируешься, не отвлекаясь ни на что другое. Просто потому что ничего другого нет.
- А вы уже успели почувствовать эти самые соблазны?
- Старался пока не чувствовать (смеется). Просто понимал, что это за год такой. Первым делом - самолеты, а потом уже все остальное.
- Вы осознаете, что сейчас по сравнению с ребятами, с которыми тренировались в Ухте, забрались на недосягаемую высоту?
- Не, ничего подобного. Для них я всегда останусь Саньком. Обычным парнем.
АСИ "Весь спорт"
